Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Я видел клоуна

   Сегодня были на днепровском острове, купались, лежали на песке. Маленькой девочке отмечали именины, пригласили двух клоунесс, они там зажигали с толпой, игры и конкурсы устраивали. Остров, понятное дело, продвинутый, с инфраструктурой. Они там пели под караоке; странновато, конечно, было слышать неровный детский голос, выпевающий что-то вроде: «Я буду королевой ночи», ну то такое. Украинских песен эти клоунессы тоже не знали. Впрочем, я  туда не слишком вникал; больше был занят купанием, киданием рыбам кусочков хлеба и слежением за тем, чтобы не обгореть (не уследил).

   Но вспомнился мне свой клоун.

   Как-то в нашу группу детского сада привели самого настоящего клоуна — не помню, по какому-то поводу или просто так. Происходило это во второй половине семидесятых годов прошлого века, в РСФСР.  Клоун порвал зал, демонстрируя нам фокусы и отмачивая шутки. 

   Мы были в восторге.

   По окончанию представления все разошлись, а один из моих тогдашних дружбанов страстным шёпотом сообщил, что клоун пошёл вон в ту комнату.  Не помню, сколько нас собралось, не помню для чего служило это помещение в нашем детсаду. Мы подкрались, приоткрыли дверь...

   Я уже не помню мотивов, двигавших лично мной. Возможно, хотел ещё раз прикоснуться к таинственному, а может сработало обыкновенное любопытство. 

   Мы подкрались, приоткрыли дверь и заглянули.

   Клоун был там. 

Collapse )

Совки, чего вы пристебались к детям?

   Намедни секта упоротых граждан СССР выкинула в сеть фотку с вот такими кедами:

    и подраным мячом.

   Ну и там, конечно: а помнишь?

   Помню, носил такие. 

   В каментах обязательно какой-нибудь упырь отметит, что нынешние дети вот такого не знают. Я  раньше отвечал: так давайте их убъём за это. Щас так не отвечаю: банят, суки на фейсбуке, за призывы к насилию.

   Вот, типа, мы раньше с утра до ночи гоняли мяч в таких кедах, а они нынче сидят в интернетах. Ай-яй-яй, капец и упадание.

   Совки, не трогайте детей.

   Они постоянно гоняют в футбик и часто — на специально построенных для этого площадках. И настоящий футбольный мяч теперь есть у каждого, а не как раньше, у двух-трёх пацанов на весь двор. И выходят на поле они в настоящей футбольной форме.  Я бы вот тоже обязательно вытребовал у родителей футболку своей любимой команды. Или нелюбимой, но крутой, навроде «Ливерпуля» или «Ювентуса». Но дети 70-80-тых о таком даже не мечтали.

   А если бы мне дали возможность выбрать, то я б, не задумываясь выбрал бы детство в настоящем времени, с гаджетами и тырнетом, а не с вон теми замечательными кедами. 

   Ну вас нахрен с вашим СССР.

   Пойду пинать совковых идиотов в фейсбуке, не может быть, чтоб они опять чего-нибудь в том же духе не закинули.

Первый пошёл!

   Минувшей ночью я завалил первого в этом году комара, попытавшегося испить моей кровушки.

   Было так: ветер в поле играл венчиками трав, а небо вдали полосовали яркие зигзаги молний. Я услышал характерное: «Бзьзьзьзьзь», а вслед за тем почувствовал как волоски на тыльной стороне ладони гнутся под тяжестью комариного туловища. И тут же нанёс удар свободной рукой.

   «А ведь уже почти месяц лета прошёл»,- подумалось мне.

   До сих пор комары сидели в своих норах в телогрейках и валенках, им было холодно, а вот теперь они выползли на охоту. Говорят, что у них кровь сосут самки. Сидит, значит ихняя семья, за столом, пока мамка на охоте, и малыши пищат: 

   — Хочу вторую группу!

   — А я — третью положительную!- отвечает другой комаришка.

   — Тише вы! Лягушка услышит!- увещевает их отец.- Какую мать принесёт, такую и будете смоктать! 

   — Хочу вторую!

   — Хочу третью!- не унимаются дети.

   Они не знают, что мать им уже ничего никогда не принесёт.

   Я осматриваю свои руки, но ничего не вижу, ибо фонари далеко, а лезть за телефоном, чтобы подсветить ним, мне лень. Нет вот этого всего: ни изломанных комариных конечностей, ни искажённых в предсмертной муке черт лица, ни обмякших крыльев — ничего. 

   Тру пальцы друг о друга, ощущаю ними хрупкий хитин и кишечное месиво. Скатываю комара в крохотный шарик и сдуваю его на пыльную обочину. 

   Первый в этом году. Точнее — первая. Назову её Марфой, тем более, ей уже пофигу.  

Collapse )

Сценарист-провидец, сумевший заглянуть в будущее

   Есть такой унылый советский фильм для детей: «Весёлое сновидение, или Смех и слёзы». Там снимаются Вицин, Моргунов, Филлипов, Олег Попов, Валентина Кособуцкая, однако же киношка откровенно никакая, и вспомнить её меня побудила лишь способность её сценариста к предвиденью событий. 

   Две серии этого тягомотного действа повествуют о том, как советский пацан — любитель шахмат — во сне разруливает ситуацию в сказочном королевстве, в котором злодеи хотят изничтожить принца-наследника, для чего его запирают в тёмной и душной комнате, а шута заставляют читать ему так называемые рассказки, вот эти:

Чудовища вида ужасного

Схватили ребёнка несчастного

И стали безжалостно бить его...

   Ну, и так далее.   

   Почему-то пацан этот не захотел увидеть во сне советское правительство, заставить его заняться экономикой, а не поставками оружия в разные банановые республики; ну или не дать ему влезть в Афганистан. Спасти сказочное королевство оказалось для него важнее. 

   Принц потом оказывается принцессой. Это какая-то непонятная для меня советская киношная многоходовочка. К примеру, в суперпопулярном мюзикле: «Про Красную шапочку» капризный ребёнок в концовке тоже оказывается девочкой, а весь фильм казался мальчиком. Откровенно говоря, мне не совсем понятен это сценаристско-режиссёрский ход.  Почему нельзя было сразу заявить этих героинь девочками? 

Collapse )

Русские не сдаются. Рассказ

***

...И в конце концов Россия победила, вернувшись к истокам и скрепам. Мир пошёл своей дорогой, а русские - своей. Связи были разорваны, торговля прекратилась. Русские стали расти в духовном и нравственном смыслах, а все прочие погрязли в пороках и стремительно деградировали.

Но они сами выбрали себе такую судьбу.

   ***

   Роды у Настасьи протекали тяжело. Постоянная тошнота, частая рвота, а уж на изжогу она и вовсе перестала обращать внимание.

   Особенно плохо было с похмелья. К привычной уже тошноте добавлялись болезненные спазмы в животе и головная боль.

   Когда у Настасьи явно обозначилась беременность, ей уже исполнилось семнадцать. Сама она была маленькой, худенькой, бледной, с тонкими ножками.

   - Надо скинуть!- говорили одни.

   - Рожай!- кричали другие.

   Директор посёлка тоже говорил, что надо рожать, а директора уважали. Хозяйственный мужик, воровал в меру; и в центр всё отправлял в полном объёме, и своим давал жить. А ещё у него остался планшет с довоенных времён, а на нём - всякие старые фильмы про недотёпистого очкарика Шурика, героического Чапая, ещё два про войну и про мушкетёров с душевными песнями. А ещё там были разные песни и речи Путина.

   На массовых гуляниях директор иногда показывал свои записи. Народ толпился вокруг стола с маленьким экраном, залезая чуть ли не на головы друг другу. Все слушали, как Путин говорит журналистам:

   - Мы станем не спереди, а сзади... Рублей в бюджете становится больше...

Collapse )

И снова о детях

***
...И в конце концов Россия победила, вернувшись к истокам и скрепам. Мир пошёл своей дорогой, а русские - своей. Связи были разорваны, торговля прекратилась. Русские стали расти в духовном и нравственном смыслах, а все прочие погрязли в пороках и стремительно деградировали.
Но они сами выбрали себе такую судьбу.

***
Дядя Костя всегда имел такой вид, что хотелось смеяться. Он был забавен и в трезвом виде, и в пьяном, балагурил, знал много историй и любил рассказывать мультики, которые смотрел когда-то в своём детстве, в стране, которая называлась Советский Союз.
Увидев, что дядя Костя подходит к школе, старшие дети пришли в класс к младшим, подбросили в печку наломаных парт и расселись на полу, укутавшись в тёплые одёжки. Загомонили, начали толкаться. Вошёл дядя Костя, и его встретили приветственными криками. Он пробрался поближе к печке, запросто сел на пол вместе со всеми и спросил:
- Ну, как дела?
- Холодно,- затараторили дети все разом.- Жрать охота!
- Нууу,- ответил дядя Костя.- На то и зима, чтобы было холодно. А про еду я вам так скажу. Оно, конечно, хотелось бы и порции побольше, и масла в них тоже побольше, но сейчас время трудное. Просто надо немного потерпеть - и всё наладится. Вот что у нас в столовой было сегодня на обед? Рассольник! А на ужин - плов. Вот вы спросите у своих сверстников там, на Западе, за стеной - бывает там у них, чтобы два блюда в один день? Мы когда отгораживались, то те, кто с нами жили в СССР - хахлы, бульбаши, хачи, чухня всякая - просто плакали. Как же мы теперь, говорят.
- А вот так!- крикнул кто-то из малышей, и в их рядах поднялся смех.
- Иди сюда, грей меня!- завопил дядя Костя страшным голосом, хватая маленькую, бледную девчонку.
Та завизжала, принялась отбиваться, но мужчина был сильнее и прижал её к себе.
- Я мёрзну, а она сидит!- сердито ворчал он, хотя все знали, что дядя Костя добрый и просто притворяется.
Девчонка тоже была довольна и улыбалась, прижимаясь к нему.
- А что было на обед вчера?- продолжал дядя Костя.- Суп харчо! А вечером бабка! Сладкаяааа! А что было вчера на обед у таких же, как вы, детей там, на Западе?
Дядя Костя обвёл всех собравшихся лукавым взглядом и сам ответил на свой вопрос:
- Ничего! Я вот общаюсь иногда с фашистами, бываю в ихней администрации, вы же знаете. Так вот, у них вообще никаких столовых нет. Что добыл - то и твоё. А чего добудешь зимой?
Все дети знали, что рассольник - это разваренная в воде перловка с покрошенным в неё квашеным огурцом; харчо - это разваренная в воде перловка, в которой размешали ложку томатной пасты, плов - это перловка со свиным жиром и куриными шкурками, а бабка - это слипшийся ком перловки, посыпаный щепоткой сахара. Но это что-то, а как жить, когда совсем ничего?
- Они же там голодные,- робко пискнула девчонка, которую держал дядя Костя.
- Конечно, голодные,- согласился дядя Костя.- Собак едят, траву варят. Сами виноваты, нечего было лезть к нам с войной.
- А нам же ещё хлеб дают,- сказал самый старший из детей, солидный, почти взрослый.
- Вот!- подтвердил дядя Костя.- Ещё и хлеб. И в школе вас всему учат: какие металлы чёрные, а какие цветные; драться учат и убивать без оружия. Вам это в жизни всё пригодится, мы своё ещё возьмём. Ну а теперь говорите - что вам рассказать?
- Как волк гонялся за зайцем!- закричали малыши.
- Ну вот ещё!- принялись возмущаться дети постарше.- Волк с зайцем! Лучше про неуловимых мстителей!
- Всё расскажу!- пообещал дядя Костя, тиская девочку, отчего та принялась хохотать и дрыгать ногами.- И про волка, и про зайца, и про деревню Простоквашино. Двигайтесь поближе, развешивайте уши.

***
Оставив детей, он вышел из школы и отправился к мужикам, но его перехватили.
Директор посёлка пребывал в глубоком запое, поэтому всеми делами ведала его помощница Акулина. Именно она ездила на встречу с генералом Мэтьюзом, который возглавил администрацию. Это был здоровенный дядька в военной форме. В ихних званиях Акулина не разбиралась, но кто-то сказал ей, что он генерал. По-русски Мэтьюз не умел, и поэтому рядом с ним сидел переводчик в костюме. Акулина попыталась угадать, свой он или нет, но по глазам было ничего не понять, а потом взгляд её наткнулся на маленький сине-жёлтый значок на его пиджаке.
Да, этот напереводит.
Разговор, как и догадывалась Акулина, получился неприятным. Она пыталась произвести впечатление, надев на встречу своё парадное платье и туфли на каблуках, но Мэтьюз не обратил на это внимания. Сухо сказал: "Хай" и указал на стул в своём кабинете.
Наверное, он из этих. У них, на Западе, такое в моде.

Да, Россия оставалась единой и неделимой, и где-то в секретном бункере работал Путин, и в посёлки приезжали разные должностые лица, назначенные высшим руководством.
Да, всякая торговля с внешним миром остановилась. Русские перекрыли свои газопроводы и во время каждой попойки обязательно звучал тост за то, чтобы они там все поскорее вымерзли.
Но всё же связи остались. В администрациях были люди, которые принимали у русских металлы, в том числе и драгоценные, а так же древесину, иконы и просто различные старинные предметы. Часть добычи оплачивали деньгами, часть - спиртом. Определённый процент прибыли посёлки отсылали в центр. Пару раз директора посёлков пытались поднять бунт, но приезжали вооружённые полицейские, били всех без разбору и меняли местное руководство.

Итак, Акулина в назначенное время встретилась с генералом Мэтьюзом, возглавившим администрацию. В Штатах решили сменить аппарат, но что-то с этим затянули, и предыдущие полгода обязанности главы временно исполнял мистер Джон - пожилой, чернокожий, с грустными глазами. Русские ездили к нему за гуманитарной помощью, кричали, напирали на то, что нечем кормить детей, а он только кивал лысеющей головой и бормотал:
- Да, я понимать.
При нём жилось привольно. А этот генерал Мэтьюз не выглядел руководителем, с которым можно было общаться в приказном тоне.
Он заговорил первым:
- Мы хотим упорядочить, систематизировать и сделать прозрачными поставки на Россию. Вы должны будете подать списки всех жителей района с указанием, кто чем занимается. Без этого не будет никакой гуманитарки.
- Что?- оторопела Акулина.
- Далее. Вы должны построить у себя хранилища. По докладам наших наблюдателей вы сваливаете мешки с гуманитарной помощью в кучу, даже не сортируя, в помещениях, которые не предназначены для хранения,- монотонно бубнил переводчик.- Овощи гниют, из-за них пропадают крупы и мука, а вы опять приезжаете просить продовольствие. Мистер Мэтьюз сказал, что следующий гуманитарный груз все его районы получат только после того, как будут оборудованы хранилища.
- А мы напишем жалобу,- пригрозила Акулина.
- Путину?- уточнил переводчик.
Акулина промолчала.
Мэтьюз снова заговорил.
- Вы просите слишком много спиртосодержащих жидкостей. Мистер Мэтьюз считает, что их выдачу надо резко ограничить, а вам давать больше мыла.
Акулина вскочила на ноги и закричала на Мэтьюза:
- Да как вы можете говорить такое?! У нас Россия, затяжные зимы, детки мёрзнут! Спиртосодержащими мы больных растираем - а какой у нас выбор?! У фельдшера в нашем посёлке только йод и аспирин - а всё из-за вашего жлобства!!!
Генерал смотрел ей в глаза совершенно без эмоций.
- Успокойтесь, мадам Сидорова,- заговорил переводчик.- Ваша испитая физиономия лучше всего свидетельствует о том, куда деваются все эти стекломои, растирки, одеколоны, растворители и тормозухи.
- Да ты небось неправильно переводишь, хахол!- накинулась на него Акулина.- Господин генерал! Да он всё вам перевирает! Ну, выпила я на девятое мая вашего стекломоя! Так у меня оба деда воевали, а не как у этого бандеровца! Что, уже и почтить их нельзя?! Хотите, я на колени встану?
И она действительно повалилась на колени, ожидая того, что мужчины бросятся её поднимать, но никто из них не сдвинулся с места.
- У тебя девятое мая триста шестьдесят пять дней в году,- сказал ей переводчик.- Твою рожу можно использовать для лекции о женском алкоголизме. Мистер Мэтьюз не намерен дебатировать и дискутировать. Условия тебе высказаны. Списки и хранилища. Чем быстрее сделаете - тем быстрее получите гуманитарку. Это всё. Очисти помещение.
Акулина стояла на коленях перед столом, за которым сидел генерал. Что делать? Как его убедить?
- Сидорова, я сейчас вызову патруль,- предупредил переводчик.
В голове Акулины зашевелились варианты. Разбить себе голову об пол и подать заявление об изнасиловании? Нет, лучше сначала всё-таки попробовать по-хорошему.
Акулина встала и вышла.

- Такие дела, Костик,- сказала она.
Костя мрачно молчал. Акулина вытащила пачку папирос, и они закурили. Начало темнеть, мороз становился сильнее.
- Ну, может оно ещё наладится,- сказал Костя.- Новая метла, как говорится. Переживём. Сколько у нас их тут было. Списки сделаем. А для хранилищ можно школу использовать.
- Школу?- переспросила Акулина.- Слушай, а это идея.

***
Сначала была подготовка. Акулина подбила кое-кого из других посёлков - тамошний народ тоже был недоволен новыми веяниями. Для такого дела даже автобус нашёлся.
Они ходили вдоль ограждения из колючей проволоки и кричали:
- Фашисты! Детоубийцы!
Охранники следили за ними, но никого не трогали. Накричавшись, все залазили в автобус и грелись, после чего снова отправились ходить и кричать около ограждения.
Вечером уехали, следующим утром вернулись, но теперь народу приехало побольше.
По ту сторону ограждения их ожидали журналисты.
Акулина, Костя и другие дали пространные интервью, напирая на судьбу несчастных детей, которых генерал Мэтьюз (он, кстати, оказался не генералом) обрёк на смерть от голода и болезней.
Получилось хорошо. Кто-то говорил, а остальные хором скандировали:
- Фа-шис-ты! Фа-шис-ты!!!
Журналисты делали сочувствующие лица и что-то там тараторили по-своему на камеры.
- А завтра мы и детей приведём, так что будьте готовы,- сказал им Костя.
Русские были довольны и вечером закатили грандиозную попойку.
Завтра вокруг ограждения будут ходить дети!
Журналисты их снимут и покажут на весь мир, а потом этого Мэтьюза своё же руководство разорвёт в клочья. И пришлют кого-то нормального.
Ну, за русскую смекалку!
И чтоб они у себя на Западе все вымерзли.

***
Всех детей погрузить в автобус не удалось - их собрали аж с четырёх посёлков.
- Да пусть пешком идут, они же молодые и здоровые,- сказал Костя.
Иного выхода и впрямь не было. День, правда, выдался холодный, а не у всех детей имелась зимняя обувь.
Потом отогреются - решили взрослые.
И поехали следом на автобусе, делая долгие остановки, затем догоняя детей и снова останавливаясь.
Дети шли по дороге и рядом с ней, гонялись друг за другом, кидались снежками. Редкий встречный транспорт съезжал на обочину и давал им пройти.
До администрации было что-то около двенадцати километров, и это расстояние преодолели за три с чем-то часа. Дети вдруг все вместе побежали вперёд и скрылись за пригорком, а древний автобус не смог сходу преодолеть возвышение, покрытое слежавшимся, скользким снегом, съехал вниз, после чего водитель велел всем вылезать.
Взрослые поднялись на пригорок самостоятельно и онемели.
За колючей проволокой высился разноцветный шатёр, вокруг которого стояли лотки с гамбургерами, пирожными, конфетами, игрушками и пепси-колой. Дети застыли у ограждения, а у калитки шли переговоры администраторов со старшими.
- Как тебя зовут?- спросил переводчик у высокого, худого подростка.
- Серый,- ответил тот.
- Сергей, мы назначаем тебя главным,- сообщил переводчик.- Есть у тебя надёжные друзья?
- Ну, есть. Вон они. Вовчик и Вован.
- Очень хорошо. Владимир и Владимир, подойдите. Мы сейчас запустим вас сюда, в этот рай. Брать можете всё. Через полчаса в шатре будут мультфильмы.
- Про волка и зайца?- уточнил Серый, давая понять, что он в мультиках разбирается.
- Про кота и мышонка. Мы рассчитываем на вас. Как я уже сказал - брать можете всё. Условия всего три: не драться, ничего не ломать, и не гадить. Вам подходит?
- Да,- ответил Серый.
- Подходит, подходит!- нетерпеливо запищали ближайшие ко входу дети.
- Тогда, Сергей и вы, Владимиры, заходите первыми и следите за порядком.
И калитка распахнулась.
Дети с визгом ворвались внутрь, сметая всё на своём пути.
В этот момент вылезшие из автобуса взрослые как раз вскарабкались на пригорок и помчались к ограждению.
- Стойте, стойте!- кричали они на бегу.
Дети хватили лакомства с игрушками и совали по карманам.
- Ничего не ешьте!!!- завизжала Акулина.- Всё отравлено!!!
И её услышали.
Дети опустили руки с надкусанными лакомствами и растерянно смотрели то на русских, то на представителей администрации. Самые впечатлительные бросили угощение на снег.
Тогда здоровенный дядька в военной форме взял огромное пирожное с кремом, откусил почти половину, прожевал, проглотил и вдруг весь затрясся, вытаращил глаза и схватился за горло. У всех детей отвалились челюсти, но военный засмеялся и доел своё пирожное.
- Мистер Мэтьюз пошутил,- сообщил переводчик.- Лопайте, не бойтесь. А вы, господа взрослые, ждите в автобусе.
И калитку заперли, а около неё встали два вооружённых солдата.
- Что ж вы делаете!- закричал Костя.- Нельзя так! Они нам враги!
- Ладно, дядя Костя,- мрачно сказал старший пацан.- Завтра нам расскажешь, как они тут крыс жрут с голодухи. А сейчас нам некогда.
Взрослые отступили. Их прекрасный, умный и внезапный план провалился. Кто же мог знать, что тупые америкосы сделают такое?
Дети запихивались сладостями и заходили в шатёр, где в ипровизированном кинотеатре на огромном экране уже начинались мультфильмы.
- Вот суки,- сказал Серому Вован.- Вон у них чо. А мы?
- А мы ещё своё возьмём. Пошли мультики ихние глянем, а потом покурим - я тут у солдата сигарету стрельнул.

***
Через десять дней в администрации снова собрали шатёр, выставили столы с угощением и игрушками.
Но ни один ребёнок из русских посёлков не пришёл.
Ветер трепал полотняные стены шатра, а работники администрации сами ели свои гамбургеры с колой.
В тот раз перед окончанием мероприятия американцы пригласили детей приходить снова, назначив для встречи сегодняшний день. Пообещали всё точно такое же, но перед раздачей дети должны были помыться и продезинфицировать одежду. Ещё Мэтьюз сказал, что им организуют обучение - чтению, счёту и письму.
- Это ведь русские дети,- сказал переводчик, когда сворачивали шатёр.
- Я понял,- ответил Мэтьюз.

***
Дядя Костя некоторое время обижался и называл всех малолетними предателями, но потом оттаял и простил.
Он ведь добрый.
И вообще, все русские - друг другу братья. И никаким американцам с их жратвой русских не пересорить.

Почему радетелям за русский мир обязательно быть мразями?

   Да, Наринэ, верим.

   Просто вас науськивала большая свинособакия, и вы свято верили, что в случае чего она вас спасёт. Азербайджанцы в той же ветке комментариев вспоминают, как бежали от маленькой Армении по снегу чуть ли не босиком, с детьми на руках. И теперь пришло время отвечать за тогдашние свои подвиги. А русские, увидев, что могут выхватить, прикинулись ветошью. И спасать вас не станут.

   Весело было делать подлянки Азербайджану под науськивание большого соседа? Ну, ничего, зато теперь вы свалите с оккупированного Карабаха и станете умнее. 


Лютая жесть в детской сказке

   Работая над рассказом «Марна справа», я лопатил у себя в голове детские воспоминания и одним из самых ярких у меня является просмотр фильма: «Новогодние приключения Маши и Вити». Был я тогда примерно в том же возрасте, что и главные герои. Родители включили мне зомбоящик и велели смотреть сказку, а сами ушли куда-то. 

   Я смотрел более-менее спокойно до того момента, как младший Боярский выпрыгнул в кадр и начал вращать глазами. Это меня добило. Я пустился в рёв и успокоился нескоро, а потом пришлось реветь ещё раз — во время финальной погони. У меня тогда существование Кащея и бабы Яги не подлежало сомнению; этот фильм заходил мне, как документалка. 

   Ну, то такое.

   Но глазами взрослого человека этот фильм производит ещё более гнетущее впечатление. Сейчас в тырнете много инфы о том, что реальный дед Мороз — это вовсе не добрый краснощёкий бородач с мешком подарков, а довольно злобное существо, требующее жертвоприношений. И Снегурочка — не внучка ему, а как раз-таки насмерть замёрзшая одна из таких жертв. Фильм о Маше и Вите подтверждает эту версию.

   Судите сами.

   Во время утренника в детском саду дед Мороз объявляет детям, что Нового года не будет — нечисть утащила Снегурочку, а без неё никак нельзя. Сам он по каким-то непонятным причинам не может отправится в зачарованный лес и  отметелить всех негодяев посохом, но вот отправить туда девочку Машу (маленькую, на вид лет 4-5, с не очень хорошей координацией движений, шепелявую) — это запросто. 

   Не, ну а кого?

Collapse )

Мой первый шабаш

   состоялся в детском саду №14/88 году эдак во второй половине 70-тых. Хотя, нет. Номер был просто 14, сколь я помню. Происходило дело в Воронежской области. Воспиталки собрали нас, детей в кучу, рассадили по табуреточкам да и спрашивают:

   — А вы знаете, кто у нас, в детском саду, повариха?

   Мы, разумеется знали, потому как поварихина дочка Катька тоже ходила в наш сад и как раз именно в нашу группу. Но оказалось, что знали мы неправильно, ибо была и другая повариха, старенькая бабушка, которую и пригласили к нам. Она пришла вся в медалях, тоже села на табуреточку, а мой дружбан Олег залез к ней на колени. Одна из воспиталок чесала чо-то там про войну и фашистов, но народу всё это было пофигу. Не цепляло.  Цепляло другое: мой дружбан Олег, сидя у бабушки на коленях, игрался её медалями и в ходе игры громко сказал:

   — Шоколадка!

   «Ага,- подумал я.- Значит, медальки шоколадные. Наверное, после шабаша она нам их раздаст». 

   Похоже, те же мысли гуляли и в головах моих одногруппников. Считать-делить я тогда не умел, но визуально видел, что медалек меньше, чем детей. То есть, придётся делить медальную шоколадку с каким-то уродом или уродкой. Вот сейчас воспиталка закончит нести бред про какие-то там дивятоимая и деньпабеды, а потом...

   А потом бабушка встала и ушла на кухню. Ну а нам было дозволено растаскивать табуреточки и продолжать игры. 

   Вот, собс-но и всё.