Арнольд Шварценеггер нашел себе новую забаву — вьірастить русского. Непонятно, для чего ему єто понадобилось — русских и так дохрена. Арнольд Густавович, как известно, упорен в достижении цели, посмотрим что у него получится, но уж больно неблагодарная затея.
После месяца войны мне приснился первый нормальный сон, а не нарезка из торопливых, истеричных фрагментов. Как будто вернулся я в город моего детства (это на россии), гауляйтером туда меня назначили; хожу со своей администрацией по знакомым улицам и показываю убожество кацапских жилищ, хозяева котрых к нашему приходу сдристнули и попрятались. Тут, откуда ни возьмись, как это бывает во снах, появляются беларусские КВНщики и начинают мне втирать шо-то про понять и простить. А я им говорю, что хрен. И вас, соседи, этот хрен тоже касается. На этом месте грубая обыденность изгнала ангела сна от изголовья моего ложа.
Мы у себя нажарили много жареного, и масла осталось литра три. Я замыслил его реанимировать. Кацапские сайты расписывают целый процесс: процедить, добавить такой-то и такой-то фигни, прожарить, фигню выбрать, снова процедить. Українські джерела категорично забороняють використовувати використану олію ще раз.
Вылил. И да, в назначенный срок в Украине будут маленькие кошенятки. Взрослые кошаки над этим работают. Хоть и война. Берегите себя, украинцы.
Вспомнился остроумнейший кацапский юмор, когда свинота перекручивает наши гасла, ну, типа: "Сало уронили" или "Смерть творогам". Получается, вот так они сами себя и обозначили. Твороги на уровне инстинктов-рефлексов уже начинают понимать, что шо-то пошло не так, как говорили им с экрана зомбоящика. Теперь нужно донести до них ещё одну простую истину: за всё придётся отвечать. Пока твороги считают, будто бы в плену достаточно просто сказать: я ничо не знал, мне сказали, шо едем на учения. К большому сожалению, у нас ещё есть люди, которые заставляют себя верить в эту ересь. Я вот посидел в укрытии с мужиками, которые отправили семьи в, как им казалось, безопасное место, а фашистня там всё обстреляла. Очень гнетущее, надо признаться, впечатление. И мужики уже точно не станут слушать творога, который ничо не знал и просто заблудился, хотя их семьи пересидели обстрел в подвале. Не убедит он их. Не проникнутся они. Так что твороги сами себе накликали. Ну а если кто-то уронил сало, то его надо поднять и смазать ним пули, предназначенные кадыровским выродкам. Они любят, чтобы с салом. Кадыровский генерал Тушаев уже работает в мусульманском аду гурией для Иблиса, принимая со всех сторон от дэвов и шайтанов; ну и остальным его подельникам не следует задерживаться.
Я всегда равнодушно к этому относился: ну, не братья — и не братья. Делов-то. А тут чего-то стало вспоминаться за жизнь.
Моего батька-военного в 70-тых отправили служить на россию. Мы жили там до 89-го, а меня родители каждое лето отправляли к дедушке с бабушкой в Одесскую область. Собс-но, я уже с детства знал, что мы с русскими аж никак не один народ.
Когда ехали поездом (скорым, №666 Новосибирск-Одесса), на украинских станциях в вагоны забегали бабуси, торгующие какой-нибудь простой едой, типа варёной картошки с огурцами. На российских станциях ничего такого не было. Пенсию в СССР всем платили одинаковую, если шо. В Украине поля были аккуратными, жёлтыми или зелёными. На россии — серыми, с торчащими над культурами высокими будяками. Я ещё в детском возрасте это выкупил и делился с родителями наблюдениями. Те в ответ помалкивали, хотя им обоим приходилось участвовать в срачах против титульной нации. Да, в СССР, где за такое теоретически могли дать по шапке.
Мы жили в городке, в котором было два микрорайона с пятиэтажками, а всё остальное — частный сектор. Так вот, в этом самом частном секторе за высокими глухими заборами ничего не рохкало, ни бебекало, не крякало, не квохтало и не несло яйца. Коней некоторые держали. Для транспорта. Ну и собак. Не все.
Огородов у населения не было. Около домов росли яблони, вишни, крыжовник. Всё. Я не знаю, как они жили.
— это самый нужный и полезный кухонный девайс. Никакими ложками и пальцами не вымажешь столько крема с поверхности миски, прежде чем отправить её в мойку, как вот этими штуками.
Жена испекла пляцок. Теперь он настаивается, а мы ждём. Пляцок получился более 3-х кило (максимальный вес на наших кухонных весах). Это будет славная битва.
Обнаружил я очередную электронную библиотеку с моими книгами. И зашёл глянуть отзывы. А там ещё, помимо всего прочего, закинуты похожие книги. На мою похожие. И последняя из этих похожих — 14-й том собрания сочинений Сталина.
Охренеть просто.
Не надо только, шо я не о том думаю; о том я думаю куда больше.